Исчезновение Слоан Салливан  - Джиа Криббс

Марк посмотрел на меня. Я никогда не видела его таким потерянным. «Как легко допустить ошибку, когда у тебя есть пистолет», – подумала я.

Марк подошел ближе.

– Лоренцо увидел тебя и твоего отца. Он узнал тебя и позвонил нашему отцу. Они хотели убить вас. – Он тряхнул головой. – Я не мог этого допустить.

У меня расширились глаза.

– И ты придумал эту аферу с программой защиты свидетелей?

Марк кивнул.

– Мне исполнилось восемнадцать за несколько недель до того дня со стрельбой.

Он открыл рот, чтобы продолжить, но замолчал, увидев изумление на моем лице.

Я всегда знала, что его день рождения был первого июня. Но я никогда не знала, сколько ему лет. «Ему всего двадцать три. И лишь через три недели исполнится двадцать четыре».

– Я же говорил, что я не такой старый, как ты думаешь, – тихо сказал Марк.

Я молча смотрела на него. Когда ему было столько же, сколько мне сейчас, ему пришлось искать похищенную сестру, столкнуться с ее убийцей и защитить брата. Теперь его отношение к поступлению в университет и выпускному выглядели иначе.

Марк уставился на свои руки.

– Если бы полиция узнала, что произошло, меня бы судили как взрослого. Поэтому мой отец хотел, чтобы я залег на дно. Скрылся. И я убедил его в том, что должен взять тебя с собой.

– Почему? – грубо спросила я.

Марк посмотрел на меня. Его глаза блестели от слез.

– Потому что я не смог защитить Софию.

По моей щеке побежала слеза.

– Марк…

– Защитить тебя – меньшее, что я мог сделать. Дети не должны умирать. – Он вытер глаза тыльной стороной ладони. – Я знал, что на складе установлены скрытые камеры. Я просмотрел видео. Твой папа видел лишь мою спину. Но ты… – Он снова посмотрел мне в глаза. – Ты видела меня.

Я кивнула.

– Я не знал, как провернуть это, но был настроен решительно. Я собирался покрасить волосы или побриться налысо, все что угодно. – Марк пожал плечами. – Я… знал кое-что о программе защиты свидетелей, поэтому отправил к вам трех телохранителей отца, тех, кому я доверял больше всего. Они должны были узнать, что вы знали и захотите ли вы дать «показания» – Марк показал двумя пальцами кавычки в воздухе. – Я решил, что только так вы согласитесь добровольно уехать со мной. А потом они позвонили и сказали, что ты ничего не помнишь. Я решил, что это знак. Я сказал отцу, что так мы всегда будем знать, где ты, что ты сделала, с кем ты общалась. Мы будем контролировать твою жизнь, которую ты доверишь нам.

Я вздрогнула.

– Мне пришлось поговорить с отцом на его языке, чтобы он отменил заказ на ваше убийство. Но это сработало. – Марк подошел ближе. – Мне жаль. Очень жаль. Я не хотел навредить тебе, я лишь хотел защитить тебя.

Он взял меня за руку.

На этот раз я не остановила его.

Я смотрела на его пальцы, которые он уверенно переплел с моими. В голове бурлило так много вопросов, но что бы ни случилось, я должна была узнать ответ на один вопрос.

– Мой папа действительно покончил с собой? – прошептала я.

– Нет.

Я вздрогнула, не ожидав такого прямого ответа.

– Я устал лгать тебе. – Голос Марка был тихим, но уверенным. – Я все тебе расскажу. Ты должна знать правду. И ты должна знать все обо мне. Я хочу, чтобы ты узнала меня настоящего.

Я резко подняла голову и вспомнила собственные слова: «Мне нужен тот, кто полюбит меня такой, какая я есть. Тот, кто узнает меня настоящую».

Марк всмотрелся в мое лицо.

– Твоего отца убили, но я не знал, что это произойдет. Я думал, что убедил свою семью оставить нас в покое. Но они собирались повесить убийство Рубена на другого человека и хотели убрать любого, кто мог встать у них на пути.

– Кем был тот парень в квартире?

– Франко, один из моих двоюродных братьев. Я был в ярости. Я не мог поверить, что он… Я угрожал ему. Я сказал, что если кто-то из семьи приблизится к тебе, то будет иметь дело со мной. Но я не знал, что твоего папу хотели убить. Ты должна поверить мне.

Я открыла рот и тут же закрыла. Мне хотелось спросить у Марка, знал ли он, что моя мама была жива, когда он сообщил о ее смерти в тот день в мотеле. Вместо этого я смотрела ему в глаза. Это были глаза убийцы. И человека, который всегда защищал меня. Во мне появилось чувство определенности. Я верила Марку. Всем его словам, в том числе о папе и маме. В тот момент он не хотел, чтобы я обвинила его во лжи или спросила про маму. Он просто хотел услышать правду от меня.

– Я верю тебе.

Марк выдохнул.

– Как ты меня нашла?

Я пожала плечами и вырвала свою руку из его.

– Я собиралась взломать машину, но поняла, что могу позаимствовать ключ от машины у агентов, который лежал в свободном доступе и словно ждал меня. Затем я уехала из конспиративной квартиры, нашла твой дом и взломала замок. Да, и пару недель назад я порылась в сейфе, который ты прятал в своей спальне. Там я нашла информацию об этом доме. – Я огляделась. – Значит, Авалон?

Марк рассмеялся и хмыкнул от удивления.

– Ты великолепна. Я всю ночь переживал, что моя семья добралась до тебя, пытался понять, как тебя найти, а ты сама меня нашла.

– Они решили, что ты исчез, но я знала, что ты где-то рядом.

Я повернулась и впервые за это время почувствовала боль в ноге. Я вздрогнула.

Марк посмотрел вниз.

– Что с твоей ногой?

– Порезалась о стекло в коридоре. Пустяки.

– Дай мне посмотреть.

– Марк…

– Дай. Мне. Посмотреть.

Я подняла ногу, и Марк наклонился, чтобы рассмотреть порез.

– Он неглубокий. Не думаю, что там осталось стекло. Забудь.

Марк подошел к дивану.

– Бинты здесь. Сегодня они мне уже понадобились.

Я последовала за ним, пытаясь понять, зачем ему понадобились бинты. Он положил мою ногу на колени и начал обрабатывать рану. Через минуту тишины Марк сказал:

– Мы можем сделать это.

– Сделать что?

Он убрал остатки бинтов и посмотрел мне в глаза. Я чувствовала его теплые руки на своей ноге.

– Исчезнуть. Все и так думают, что мы уже это сделали.

Я выгнула бровь.

– Все?

– Последняя смена имен означала не только твое, но и мое исчезновение. Подальше от моей семьи к хорошей жизни.

Внезапно я поняла, почему Лоренцо отправился в Кентукки.

– Они не знали, что мы стали Марком и Слоан Салливан.